Размышления о ловле сомов с квоком

Размышления о ловле сомов с квокомИздревле рыбаки знали, что сом реагирует и поднимается на звуки квока. Очевидно, это явление связано с процессом его кормления. Должен отметить, что многие рыбы, в том числе и сом, питаясь, издают звуки, которыми интересуются иные особи, независимо от видовой принадлежности.
Наблюдательными рыболовами этот факт давно замечен и с успехом используется для имитации подобных звуков при ловле рыбы. Например, шумно жирующий окунь и разработанный на основе этого явления способ ловли на поппер. Карп при раздавливании улиток глоточными зубами издает характерный звук питающейся особи, привлекающий к нему собратьев и стимулирующий их тоже искать пищу. Английские фирмы тратят безумные деньги на создание бойлов с аналогичным хрустом. В то же время, без особых материальных затрат, полинезийские рыбаки, плавая у рифов на каноэ, булькают у борта простенькой палочкой. Звуки у поверхности воды привлекают рыбу, и чем она крупнее, тем безбоязненнее себя ведет. В конце концов, на этот звук приплывает акула, и рыбак прямо у борта лодки набрасывает ей на голову веревочную петлю. В результате она становится его добычей. Да что там акулы, неоднократно замечал, как уклейки после ударов квока подскакивали к эпицентру звука и, увидев лодку, разлетались брызгами в стороны. А в Уссурийском крае наблюдал зимнюю ловлю налима в дельтах рек, так там для активизации клева рыбаки катали по льду грохочущие металлические бочки с камнями. Однако вернемся к нашим сомам. Вероятно, что отнесение сома обыкновенного Silurus glanis к донным рыбам -весьма условное. Достаточно оценить строение его тела и способ питания. Рыбы, кормящиеся у дна, например лещ или осетровые, имеют выдвигающийся рот. У сома рот конечный и пасть устроена таким образом, что нижняя челюсть со щетками по отношению к верхней выступает вперед, у крупных особей на несколько сантиметров. Такое строение характерно для уклейки или чехони, хотя это типичные представители пелагичных рыб. Возникает ассоциация с чопорным англичанином — с мощным подбородком и выпяченной нижней губой. И если сом кормится не стаей, то он так же чопорно переминает насадку на краю нижней челюсти, едва касаясь ее верхней губой. Ихтиологи такое поведение сома объясняют проявлением экстраоральной вкусовой чувствительности. Рыба переминает насадку кончиками губ, на которых сосредоточены своеобразные химические рецепторы — вкусовые почки. Украинские рыболовы говорят, что сом «си-пает» наживку.
Подсечка в этот момент результата не даст, так как крючок не находится в пасти сома, а потому лишь уколет, поцарапает и спугнет желанную добычу. В такой ситуации нужна выдержка. Проследить за содержанием желудка пойманных сомов нам не удавалось, поскольку обычно они несколько дней жили на куканах у берега, и желудки их были пусты. Один любитель подводной охоты очень своеобразно изучал гастрономические наклонности сомов. Если масса добытого сома достигала 8-10 кг, то он рукой, через рот и пищевод сома, залазил ему в желудок и на ощупь исследовал его содержимое. Обычно, это была рыба, реже раки, попадались и ондатры. Охотясь на рыбу, сом поднимается к самой поверхности воды. Если жерех, окунь или чехонь собрались осенью в стаю и образовали «котел», будьте уверены: здесь же кормится и сом. Как утверждает киевский рыболов Александр Клименко, нередки случаи поимки сома или обрыва им снасти при ловле жереха. По его же наблюдениям сомы сопровождают стаи плотвы и леща при их весенних миграциях. На Волге местные рыболовы ставят переметы на сома в полводы, а наживляют их … ну об этом чуть позже. Таким образом, сом, являясь хищником, добывает свою пищу в толще воды. И ловить его следует там, где он кормится. А вот отдыхает сом действительно на дне водоема, находя укрытия на бровках в виде уступов, в рытвинах и у коряг на глубине, как правило, 8-12 метров. В начале лета (в нерест) и осенью (во время жора) его часто можно встретить на глубине 2-А м в камыше или в захламленных местах, причем мелкие особи, весом 5-8 кг, часто «висят» в коряжнике практически вертикально головою вниз.
Завершив охоту на косах и перекатах, которую сом ведет иногда довольно шумно, он скатывается на глубину, причем далеко от места кормления не уходит, а, игнорируя центр ямы, остается на ближайших бровках. И обычно бровку выбирает вниз по течению — на выходе из ямы. Место дневки сома совпадает с местом обитания раков. Ну а кто же откажется от деликатеса, если он подвернется под руку? Итак, мы подошли к вопросу: «Насадки для сома». Размышления о ловле сомов с квокомОчевидно, следует формально разделить насадки на два типа, в зависимости от того, как сом на них реагирует. Первый тип насадок вызывает активную реакцию (атаку) сома — это живец, рак, лягушка и отчасти пиявки. Второй тип — ракушка, выползки, саранча и прочее. Сом, имея врожденный и приобретенный опыт (наследственные и ненаследственные поведенческие реакции), в зависимости от полученной о насадке информации, в первую очередь через органы обоняния, реализует соответствующий алгоритм поведения. Если это пассивный вид пищи, например ракушка, то реализуется соответствующая последовательность (программа) действий. Ракушку необходимо оторвать от камня или коряги, вырыть из песка, размять передними частями челюстей, способными ломать и разгибать большинство рыболовных крючков. Именно этот ритуал и воспринимается рыболовом как слабое подергивание снасти.
Промежуточную позицию занимают пиявки. А вот подвижный объект питания, чтобы не упустить его, сом берет яростно и активно. На Волге при ловле на рака, с которого был снят панцирь (для обострения вкусового восприятия), поклевка сома в виде мощной потяжки снасти была столь резкой, что не хватало сил противодействовать ей и произвести подсечку. В результате сом накалывался крючком и бросал его, не будучи подсеченным. Парадокс состоял в том, что число поклевок на рака было значительно больше, чем на ракушку, а результативность во столько же раз ниже. Получалось, что прелюдия при поклевке сома на ракушку позволяла подготовиться и в нужный момент произвести подсечку, способную пробить верхнюю кость пасти сома. И когда в нем за пару десятков килограмм, поверьте, что это занятие требует навыков. Именно в таких ситуациях и выручает поплавковая снасть. Теперь о лягушке. В рекламных фильмах о сомовьей рыбалке на Волге основной рекомендуемой насадкой является лягушка. Действительно, их много на берегу реки — когда лодка пристает к берегу, они дружно разбегаются в разные стороны. Интересно, что незначительная их часть прыгает в воду и остается на глубине 10-15 см и ни в коем случае не уходит глубже, вероятно, опасаясь подводных хищников. Оставшиеся на берегу особи, прячутся в подмытых корнях деревьев и коряжнике, так как на песке отчетливо видны следы охоты за ними корсаков. А в коряжнике их подстерегают змеи. Такого количества гадюк (за день — десятки), нигде раньше не видели. Одним словом -кормовая база налицо! Так вот, на лягушку сом должен брать активно, но у нас не брал — или время было неудачное, или еще какая-то причина.
Хотя из нашей компании Жан Ким, в виде исключения, поймал пудового сома на эту наживку. Об одном виде пассивной насадки хотелось бы поговорить подробнее. Это…мыло. Да, не удивляйтесь, мыло! Гвоздичное или, на худой конец, хозяйственное. А дело было так. Шла вторая неделя пребывания нашей рыболовной экспедиции в нижнем течении Волги. Места были нам знакомы — освоены с прошлой поездки. Коллектив пресытился сомом, жаренным на сковороде и решетке, а в копченом виде он был востребован лишь вечером при чаепитии, хотя еще благосклонно воспринимались пельмени с сомятиной и шашлыки. На куканах в воде перед лагерем сидели трофейные экземпляры сомов. Забегая вперед, должен сказать, что потрошенные, чуть присоленные и обложенные осокой, они прекрасно «пережили» поездку домой.
Так вот, в один из дней к нашему берегу причалила видавшая виды «Казанка», в которой находились: неработающий мотор, два мешка мелкой рыбы и рыбак со следами сильного невоздержания на лице. Впоследствии, он не сразу, но все же отзывался на имя Миша. Любопытно, что Миша, практически не держась на ногах, мысль излагал — хоть и медленно, но зато связно. Белая рыба в его лодке была явно поймана сетью. Естественно, что разговор у нас зашел о рыбалке, и мы, как люди заинтересованные, плавно перевели его на ловлю сомов. И вот что нам поведал Миша: «У местных баловством заниматься, то бишь ловить с квоком, нет времени. Поэтому ловят сома переметами, а насадкой служит… мыло, иногда, чтобы его не размывало, обернутое бинтиком!». Мы, конечно, сохранили выдержку и марку сопредельного государства, хотя чего только не бывает в полемике… даже среди воспитанных и интеллигентных людей… даже в Верховной Раде. Невзирая на расслабленность, Миша оказался физиономистом. Поглядев на нас, он в подтверждение своих слов раскрыл сумку и подарил штук пять кусочков хозяйственного мыла, размером со спичечный коробок. Это был сильный ход с его стороны, и требовалось осмысление с нашей стороны. В это время к нашему лагерю подъехал местный «сомовий» авторитет Степаныч с рукой на перевязи. В лодке у него лежали снасти, вещи, велосипед и двое подручных лицом вниз. Степаныч держался на ногах крепко. Увидев в наших руках мыло, он тут же показал, как нужно его насаживать на крючок, поведал, как в полводы обустраивать снасть. Поинтересовался крючками.
Скептически ухмыляясь, перебрал крючки известных фирм. Если они слегка пружинили в его железных пальцах, то признавались как «тренировочные», то есть на мелкого сома. И как учтивый японец закивал головой, взяв в руку крючок ручной работы Юрия Максимова из Остра. С интересом рассматривал овнеровские крючки различной конфигурации. К вечеру, выпив и поговорив, мы, обогащенные впечатлениями и подарками, расстались. В ближайший день или два мы при квочении зацепили чужой перемет. Каково же было наше удивление, когда на одном крючке мы увидели пудового сома, а на остальных…квадратики, аккуратно обернутые бинтиком! Отпустив перемет, насаживаю на свой крючок подаренный кусок мыла. Появившиеся в душе сомнения заставляют поднаса-дить на крючок ракушек. Проходит время, ощущаю поклевку. Подсечка. Сом в лодке. Теперь дело за чистым экспериментом. На крючке кусок мыла, острие нагло торчит наружу. Опускаю. Выбор глубины. Квочение… В течение часа поклевка, и добыт сом на кусок хозяйственного мыла. Вот так быль стала реальностью. К слову, о вытаскивании сомов в надувную лодку. После подсечки крючок у сома находится, как правило, в верхней челюсти, в нижней он окажется, если только из-за вращения и рывков рыбы он перезацепился.
Применение багорика, по понятным причинам, в надувной лодке очень опасно. Поэтому сома мы берем рукой — за нижнюю челюсть четырьмя пальцами, а большой уходит под челюсть. Рекомендуем именно такое положение руки, т.к. если пасть захватить большим пальцем, то рыба легко выворачивает руку. В этот момент сом пытается провернуться вокруг своей оси, изгибаясь всем телом. Очень важно удержать его, фиксируя второй рукой. Рука, естественно, должна быть защищена рукавицей, можно даже самой простой — брезентовой. Перчатки использовать не рекомендуем, ибо даже у опытных рыболовов в момент вываживания крупного сома и активного выделения адреналина иногда возникают проблемы с надеванием на руку столь сложной конструкции, как перчатка. После втаскивания в лодку, следует контролировать положение острия крючка и грудных плавников сома, которыми он способен пробить лодку. Обычно на голову пойманной рыбы набрасывается мешок. Эта методика применима нами, когда размер сома не превышает пятидесяти килограммов. Если же он крупнее, то рациональнее (безопаснее) буксировать его к берегу. Следует серьезно опасаться агрессии со стороны сома. Юрий Максимов и Александр Клименко неоднократно рассказывали истории о нападении сидящих на кукане сомов на человека. Да мы и сами были свидетелями случая, который заставил нас задуматься. У нашего лагеря вдоль берега были вбиты колы и к ним привязаны веревки, на которых в воде сидело «на привязи» несколько крупных сомов. Как-то, по случаю фотографирования, на мель были подведены два самых крупных из них. Когда расстояние между двумя рыбами сократилось до полуметра, доминирующий сом рванулся к собрату и с чавкающим звуком схватил его за голову.
Именно схватил, укусил, а не толкнул! Меньший сом изогнулся и, не отвечая на агрессию, ретировался на глубину. Тогда мы этому агрессивному сому предложили поролоновую подушку. Не раздумывая, он цапнул и ее. После этого случая мы перестали купаться на пляже у нашего лагеря. Удивительная все же река Волга. Весенний паводковый уровень достигает 8-12 метров, о чем свидетельствуют воздушные вторичные корни на деревьях и браконьерские сети в ветвях высоко над головой. У яров расстояние до берега 25 метров и глубина 25 метров, подплываешь ближе -расстояние 15 метров и глубина… 15 метров! Сильное течение, большие глубины, обилие воды, просторы, свободный выход в Каспий — все это способствует сохранению рыбы. Как-то мы с Андреем Оводовым были свидетелями того, как сом таскал по берегу двух упирающихся местных мужиков и, несмотря на надежную снасть, порвал ее и ушел…
Во время экспедиции где-то в среднем течении Волги прошли осенние дожди, и температура воды за двое суток упала с 24 до 19°С. Сом перестал брать. Жерех собрался в стаи, и появились «кипящие котлы» — места его жировки, хорошо видимые издалека по скоплениям беспокойных чаек. Начала брать каспийская сельдь. Но это уже совсем иная история. Юрий Колесник Рыболовный мир №3 2007г.

Оставить комментарий